открывайте Карту сайта Казино "Optima"

Он не считал Лоренцо святым; он помнил, как тот со страхом сказал однажды Ландино: "Я грешу не потому, что порочен, а скорей потому, что какой-то частью своей натуры люблю удовольствия"; он помнил и другую фразу Великолепного, брошенную им Фичино: "Я не могу сожалеть, что люблю чувственные удовольствия: ведь любовь к живописи, скульптуре, литературе по природе своей тоже чувственная любовь". Но все это казалось Микеланджело чисто личным делом полнокровного, крепкого человека. Только такие лизоблюды, как ты, не хотят замечать, что Лоренцо - настоящий тиран, - продолжал Лионардо. Вот уже второй раз за день меня назвали лизоблюдом"; - подумал Микеланджело. И ему вдруг стало очень горько, его праздничное платье показалось ему теперь жалким и нелепым. Он уничтожил свободу Флоренции! - визжал Лионардо. Он смягчил тяготы жизни, сделал народу все доступным! Он дал ему хлеба и зрелищ... Он не надел на себя корону и не стал королем только потому, что чересчур бесчестен; ему нравится управлять всеми делами в городе исподтишка.